Да-да, на КаленДАРе один из моих любимых дней. ( Именно он)
И по этому поводу - подарочный мини БредоШульдих.
Оно самое
- …И надень свой зеленый шарф.
Неожиданное окончание инструктажа заставило кивающего с кислым видом телепата вскинуть голову и саркастически посмотреть на американца:
- А больше ничего мне выбрать не поможешь, мамочка? Белье там или прическу?
Брэд даже не отвернулся от своего ненаглядного ноутбука, продолжая работу.
- Шульдих, просто надень шарф. Это не обсуждается.
- Что за фигня, Брэд? – вспылил телепат. - С какой-такой радости я должен одевать чертов шарф и почему именно этот?
Оракул нехотя оторвался от своего занятия и взглянул на немца.
- Потому что ты невозможен, когда болеешь, а ты заболеешь без него, я видел. Это - раз.
- Я умираю… - жалобный стон и всхлип из-под вороха одеял.
- Шульдих, это банальная простуда, от нее не умирают.
- Мне плохо…Я никому не нужен, вы все ждете моей смерти, мне даже мысли ваши читать не надо…
- Шу, хватит ныть. Температура спадет через пару часов. На вот, выпей теплого молока, чтобы горло прошло.
- Ненавижу молоко, не буду я его пить! Аааа…У меня все болит, я умираю…
Шульдих поморщился, достал из шкафа длинный зеленый шарф с серебристыми поперечными полосками и накинул его на шею. Хвосты шарфа доставали почти до пола.
- Потому что ты выпрашивал именно этот шарф, когда в последний раз мы были в торговом центре. И заметь, со вполне конкретным заданием. Это – два.
- Брэд, ну пожаааааалуйста... Ну Брэд, будь человеком!
- Просканируй того, что в сером кашемировом пальто.
Короткий взгляд в толпу.
- Чист. Брэээээд, я готов на все! Ну купи мне его!!!!
- Серо-зеленая куртка. Чист?
Короткий взгляд в толпу. Падающее тело в серо-зеленой куртке, выпадающий из ослабевших рук пистолет. Крики в толпе, отцепляющие министра телохранители…
- Уже чист. Ну Брэд, только один шарф, ну что тебе, жалко в самом деле? Ну хочешь, я месяц буду мыть посуду, - вздох, - или готовить, - тяжелый вздох. - Брэд, ну скажи что ТЫ хочешь? Я уже готов практически на все...
- Так "практически на все" или на все?
- Я был вынужден, потому что перед этим ты лишил меня моих честно заработанных денег и запретил пользоваться телепатией в личных интересах!– огрызнулся Шульдих, глядя на себя в зеркало и перекидывая один из хвостов шарфа через плечо на спину. Шарф короче не становился и по-прежнему почти касался пола. Это раздражало, а Брэд абсолютно спокойно парировал:
- Потому что перед этим кое-кто фактически лишил нас работы, уничтожив разум господина Ямакаши.
Злорадная похотливая ухмылка на лоснящейся японской морде Ямакаши становилась все шире и шире, по мере осознания того факта, что рыжий немец зажат в углу и деваться ему некуда. Шульдих злобно косился из-под длинной челки на медленно приближающегося к нему японского политика.
-Теперь ты в моей власти, кицуне. Только мой, весь мой…
- Разбежался, - прорычал телепат, врываясь в мысли мужчины и практически захлебываясь в грязных образах, окруживших его: он сам –Шульдих - избитый и изнасилованный, распятый на грязном полу; Брэд на коленях, со склоненной головой, умоляющий, просящий; снова сам Шульдих, ласкающий Ямакаши; снова Брэд с развороченным кровавым месивом вместо груди…- Нет! Этого не будет!
И масленный блеск в глазах Ямакаси сменяется бессмысленной пустотой, его тело падает на пол, к ногам немца, когда телепатический удар сминает чужую волю, стирает мысли, не сдерживая ярости, не щадя..
- Он планировал тебя убить, а меня сделать своим секс-рабом! – возмущенно фыркнул немец. Брэд усмехнулся:
- Поэтому шарф все-таки у тебя, а не в магазине.
Шульдих состроил гримасу своему отражению в зеркале и по-другому замотал шарф. Теперь тот свободной петлей охватывал шею, а длинные хвосты спускались всего лишь чуть ниже пояса. Телепат приблизился к рабочему столу своего шефа и, бесцеремонно сдвинув разложенные документы, уселся на край стола.
- Кроуфорд, ты зануда. Это все или есть еще причины?
Американец развернул кресло и задумчиво посмотрел на несносного рыжего нахала.
- И в-третьих…
Он мягко, но уверенно потянул за серебристо-зеленые концы, притягивая к себе немца, заставляя его наклоняться к себе, и прошептал в теплые желанные и такие манящие губы:
- Так мне удобнее всего тебя целовать…